Тепло приемных рук: как чужие дети становятся родными

Ирина и Андрей Еркович родились и воспитывались в многодетных семьях. То, что у самих ребенок будет не один, знали с начала семейной жизни. Сначала родилась двойня – Миша и Надя, спустя пять лет появился Егор. Жили дружно, детей растили в любви и ласке. 

Вместе с тем Ирина Николаевна всегда с интересом присматривалась к соседской семье, воспитывающей приемных детей. А однажды, когда Егору было три года, вдруг раздался звонок от соседки: 

– В больнице есть мальчик. Ему три месяца, он ждет семью, а забрать его пока никто не соглашается… 

Поохали, посочувствовали, и на этом дело закончилось – у многодетной семьи своих забот немало. Спустя какое-то время соседка позвонила снова и уже с конкретным предложением: 

– Ира, может, сходите с Андреем в больницу, посмотрите мальчика. 

С мужем переглянулись, и на немой вопрос в глазах жены он ответил: 

– Пойдем. 

...Момент, когда впервые увидели своего Максимку, помнят в подробностях. Трехмесячный малыш лежал один в большой палате. На нем была безразмерная кофта («На пятилетнего ребенка как минимум», – подумала тогда Ирина) с закатанными рукавами, бутылочка рядом. Вид был такой жалкий, что у Ирины Николаевны защемило сердце. 

Муж вечером ушел на работу – трудился в ночную смену, а она, уложив детей спать, через некоторое время набрала его номер. 

– Чего плачешь? – встревожился супруг. – Что-то случилось? 

– Ничего не случилось, – ответила сквозь слезы. – Просто думаю, что вот они, наши дети, здесь, рядом. Накормила, умыла, уложила, а тот ребенок один, никому не нужный... Как представлю, душа разрывается... 

– Не реви, – услышала нарочито грубоватое, но по голосу мужа поняла, что он и сам переживает. – Давай заберем мальчонку. 

Так в семье появился Максим. Заботой его окружили буквально все Ерковичи, большие и маленькие, даже Егорка. И вскоре малыша было не узнать – буквально расцвел в любви. 

О том, чтобы взять еще детей, Ирина и Андрей не задумывались. Но однажды позвонили из органов опеки, поскольку у семьи уже был статус приемной, и попросили приютить ребенка на полгода, пока биологическая мать восстановится в родительских правах. Такая надежда была, хотя она вела асоциальный образ жизни. 

Андрей Васильевич был против: 

– За полгода мы привяжемся к ребенку, он привыкнет к нам, а его нужно будет отдавать. Это как от сердца оторвать. Нет и еще раз нет. 

Возразить было нечего, и они отказались. Однако, как сейчас принято говорить, запрос во Вселенную был отправлен. Поскольку райцентр небольшой, где все обо всех знают, Ирина Николаевна вскоре выяснила, что мама ребенка – ее бывшая одноклассница. 

– Андрей, она из порядочной семьи, медик по образованию, наверное, что-то случилось, раз сломалась, – стала убеждать мужа. – Мне кажется, обязательно должна исправиться и восстановиться в правах. Давай заберем мальчика на время. 

Забрали. Когда биологическая мать появлялась у себя дома, приходили к ней с ребенком – чтобы не забывала о сыне и проснулся материнский инстинкт. Однако чем дальше, тем больше убеждались, что усилия бесполезны. Потом состоялся суд, на котором молодую женщину лишили родительских прав, и в органах опеки Ерковичам сказали: 

– У вас есть пару недель, чтобы решить вопрос с ребенком, в противном случае его отправят в Дом малютки. 

Было, конечно, странно, что мальчик оказался не нужен никому из близких, ведь у него есть бабушка, родственники. А в семье Еркович последнее слово опять осталось за мужем. Чувствовалось, что он размышлял над ситуацией, так как однажды обратился к жене: 

– Сможем ли мы спокойно жить, зная, что ребенка, который восемь месяцев фактически был нашим, куда-то отдали? 

Вместо ответа Ирина Николаевна просто прижалась к мужу – он озвучил то, что у нее было на душе. Так в семье появился Родион, которому скоро исполнится пять лет. 

С биологической мамой Родион не общается, но бабушка к нему приходит. Правда, каждый визит оборачивается для ребенка стрессом, поскольку та постоянно напоминает, что мама Ира ему не родная, что у него есть своя, просто она болеет, поэтому его не забирает. 

– А вы не можете запретить такие встречи, чтобы не травмировать ребенка? – не выдержав, спрашиваю у Ирины Еркович. 

– Нет, – качает головой. – Не можем. Мы не должны препятствовать общению ребенка с биологической семьей. Наоборот, обязаны всячески содействовать этому, что мы и делаем. 

Наверное, это правильно. Однако родственники, которые добровольно отказались от малыша, все-таки не должны противопоставлять матерей, нанося вред детской психике. Той же бабушке, в конце концов, надо поклониться приемным родителям, благодаря которым внук растет в полной семье, окруженный заботой, вниманием и любовью. Причем любят малышей все, включая детей-подростков (Наде и Мише уже по 15). 

– Помогают вам старшие? – интересуюсь у Ирины Николаевны. 

– О да! – она не может сдержать эмоций. – Это мои руки, ноги, глаза – мое всё! Особенно дочка. 

Младшенький в семье Еркович – Андрюша. История его появления в семье особая. О новорожденном, которого нельзя было отдать матери по социальным показаниям, впервые услышали на собрании приемных родителей. Однако тогда никто не отреагировал на предложение забрать его. Спустя короткое время в соцсетях появилось сообщение, что Андрюша ищет семью. 

– Это же твой тезка, – прочитав, обратилась Ирина Николаевна к супругу. – Давай заберем его, а? 

Муж согласился. Взяли. А через некоторое время стали замечать, что у малыша есть проблемы со здоровьем, и врачи вскоре подтвердили: ребенок особенный. Ирине Николаевне приходится каждые 3–4 месяца ложиться с Андрюшей в больницу, регулярно ездить на всевозможные консультации, заниматься его реабилитацией, однако она не ропщет, не жалуется и уж тем более никогда не поднимала вопрос, чтобы отказаться от своего особенного сыночка. И семья относится с пониманием. 

Ерковичи не зацикливаются на проблемах, связанных со здоровьем младшего ребенка, живут полной и насыщенной жизнью. Надя и Егор занимаются в художественной школе – у обоих способности к рисованию. Старший сын Миша увлекается велоспортом. Всей семьей участвуют в различных соревнованиях и конкурсах. В акции «Зеленый витамин» дважды выходили победителями на уровне области. Недавно приняли участие в конкурсе снежных фигур, объявленном журналом «Юный спасатель», который выписывают, – Родион и Егор смастерили из снега пожарный извещатель. 

По дому маме помогают все. Родион пыль вытирает, пока она моет пол, а двухлетний Андрюша тянет пылесос. «Помощники», – улыбается Ирина Николаевна. Собственно, по-другому не может быть, потому что все видят, как помогает и поддерживает ее муж. 

– С таким супругом можно роту детей вырастить, – с нежностью говорит женщина. 

И это правда. Андрей Васильевич личным примером учит мальчишек жизни, приобщает к труду. Вместе снег чистят возле дома, огород весной пашут, шашлыки готовят, за грибами-ягодами ходят – всё с папой. Когда работал на тракторе, в кабине обязательно возил кого-то из мальчишек. Максим даже день рождения отмечал однажды в поле – с папой, со свечами и тортом, как положено. Какие воспоминания будут, представляете?! 

У Максима и Андрюши, в отличие от Родиона, родственников нет. Правду от них не скрывают, хотя внимание на прошлом не акцентируют, и 8-летний Максим иногда говорит: 

– Я знаю, что меня, как Андрюшу, забрали из больницы. 

Однако вопросов типа, где и кто моя мама, мальчик не задает никогда. Впрочем, это легко объяснить и понять – родители у него есть, любящие, заботливые, внимательные. Называют приемные дети Ирину Николаевну и Андрея Васильевича исключительно мамой и папой, и это был их личный выбор. 

У Ерковичей-старших есть мечта – детский дом семейного типа. Такая простая и важная. Как признается Ирина Николаевна, они могли бы еще взять приемных детей, однако собственный дом, в котором живут, небольшой, развернуться негде. 

– Мне хочется, чтобы у детей была своя территория, – признается женщина и добавляет: – А мы сделаем всё, чтобы дети ни в чем не нуждались, их детство было таким, каким должно быть. 

Может, в Год белорусской женщины, объявленный Президентом страны, это и не такая уж несбыточная мечта? Ведь здорово, когда люди, несмотря на трудности, готовы взять под родительское крыло детей, обиженных судьбой. Тем более, что у них есть для этого главное – сердце, полное любви.