Татьяна Ромашова: «Благодарю людей, с которыми служила». Удивительная судьба первой в истории витебской милиции женщины-полковника

– Для меня это почетно. Но, честно сказать, я никогда к этому не стремилась. Работала и работала, добросовестно выполняя свои обязанности.

– Мне был 21 год, когда я пришла в милицию. Мой папа был правоохранителем, и смотря на него, я очень хотела стать милиционером. Чтобы вы понимали, насколько - я уехала на Урал, чтобы поступить в Свердловский юридический университет – это был один из трех ВУЗов во всем Советском Союзе, после которого можно было устроиться в органы внутренних дел. Мне было 17 лет и мне было страшно. Но я поехала за своей мечтой.

– Это был Железнодорожный РОВД Витебска на должности следователя. Это были интереснейшие 5 лет. Началось все с того, что меня, молодую и совсем неопытную девочку,  учили просто снять трубку и звонить в дежурную часть, чтобы спросить о чем-то. Затем были случаи, когда ситуация требовала максимальной сдержанности и собранности. Ведь при выезде на место происшествия, неважно сколько следователю лет и сколько дней он в следствии – он главный в составе следственно-оперативной группы.

– Такой случай был. И я его запомнила, кстати говоря, на всю жизнь. Было уголовное дело, которое не раскрывалось несколько дней. Считалось «глухарем» проще говоря. И вот наступает мое дежурство. Пожелали, как всегда, удачи, а дело раскрыть по факту нельзя – не получалось. И вот во время моего дежурства доставляют задержанного. Конечно, он уже неоднократно судимый, прожжённый, а перед ним – девчонка. Но тем не менее, человек, он всегда остается человеком. И когда наступил вечер, я предложила ему покушать. Принесла из дома котлеты, молоко, хлеб… Он сначала долго отказывался, а потом все-таки согласился. А спустя некоторое время он признался в совершении кражи. Самое главное – свидетелей не было. Из-за этого я очень переживала за суд. Но он не отказался на слушании дела от своих показаний. Его осудили.

– И оно есть! Я уже в паспортной службе работала, и он ко мне пришел. Вернее не ко мне, а так судьбой что ли сложилось. В те времена людей выписывали из квартир, если их сажали в тюрьму. И вот он приходил ко мне на регистрацию. Я этот случай очень запомнила – добро правит миром.

– В 1989 году, когда я перешла работать в паспортную службу Железнодорожного РОВД, только-только начались выезды за границу. До этого вообще такого не было. Все документы мы оформляли впервые: первые анкеты, заявления, фотографии, первые паспорта… Это был шок! Очень волнительно было. Буквально по каждой букве водила пальцем, чтобы нигде не ошибиться. Но уже сейчас могу сказать, что так становятся профессионалами. Знаете, что важно… Мне всегда очень везло с коллективами. В то время со мной вместе работали 3 женщины-паспортистки, вольнонаемные… Замечательные женщины. Они меня всему научили. Большое спасибо им.

– Иностранцы прибывали к нам для торговли, а попозже и для учебы. Появилось новое направление в нашей деятельности – контроль за режимом пребывания на территории нашей страны. Как сейчас помню, первые поезда из Москвы с иностранными гражданами, и мы их с раннего утра проверяли. Чаще всего это растягивалось на весь день – во-первых, наплыв людей был большой, во-вторых – и переводчиков привлекали или наших сотрудников, кто владел иностранными языками. Работы было очень много. Но я всегда в голове держала, что важно сделать все, чтобы границу нашей страны пересекали только по закону. Ведь это было самое начало. И я бы сказала, что это постоянное обучение. Что ни человек – то новые документы, новые правила оформления.

– Мой папа ушел на пенсию в звании подполковника. Сколько себя помню, он всегда служил в управлении внутренних дел Витебского облисполкома. Мой папа гордился мной. Он был немногословным человеком, никогда не говорил вслух мне об этом, но от мамы я знала об этом (улыбается Татьяна Вениаминовна). Сколько папа служил, столько я думала: «Не дай Бог оступиться в службе!», ведь в первую очередь я боялась опозорить его и подвести. Это было моим стимулом.

– Честно сказать, прекрасные впечатления. Мне намного легче работать с мужчинами, чем с женщинами. Мужчины с полуслова понимают, с полутона слышат, они поддержат, и все равно чувствуешь сильное плечо рядом. Мне, правда, очень повезло с людьми, с которыми работала. Хорошие, плохие, но они были человечные. Все, что ни происходило - все это была жизнь. Прошло столько лет, а я до сих пор живу той жизнью.

– Как и в самом начале моего трудового пути, я просто пошла туда, куда предложили. И увидела жизнь совсем с другой стороны. Я узнала, сколько у нас пожилых людей, в какой помощи они нуждаются, сколько немощных, инвалидов, сколько деток живут в асоциальных условиях… И сколько сирот, которые приходят из колледжа, им некуда прийти, и им 17 лет, а он не знает, как пользоваться карточкой и деньгами… Но, с другой стороны, я поняла, что у нас достаточно много активных пожилых людей, которые готовы плясать, петь, участвовать в концертах! В моей служебной деятельности была жесткость, дисциплина, а тут все совсем другое. Иногда нужно просто подержать бабушку за руку, пока она плачет, и ей этого будет достаточно, чтобы чуть-чуть стало легче.